Бразильские футбольные вратари

Каэтано да Силва Насименто Велудо

Свое прозвище - Велудо ("Бархат"), Каэтано да Силва Насименто (Caetano da Silva Nascimento) заработал еще до того, как стал профессиональным футболистом. За свой особо темный цвет кожи, не шоколадный, как у бразильских негров, а почти черный, словно у африканца. Велудо работал грузчиком в порту Рио и дослужился до бригадира. Футбол для него был увлечением - не больше. Собрались парни после тяжелой работы, гоняли мячик. Бригадир играл в воротах.

Как то раз за футбольными баталиями грузчиков наблюдал судья Армандо Маркес, который и рекомендовал Каэтано во "Флуминенсе". Вообще, смелое решение. В конце сороковых "Флу" был одной из самых "белых" (за что и получил прозвище - "Аристократы") команд Рио, если не самой "белой", и вдруг - негр, из порта, да еще в воротах. Которые всерьез и надолго застолбил за собой Карлос Кастильо. Сам Каэтано подумал, что его разыгрывают. Но на базу "трехцветных" (еще одно прозвище "Флуминенсе") явился.

И этот самородок просто очаровал новых товарищей. Кастильо, на тот момент кандидат в сборную Бразилии, высоко оценил Велудо. Ибо, на тренировках вчерашний бригадир грузчиков демонстрировал чудеса. Про нового вратаря вскоре узнали болельщики, и первый выход Велудо в основе был принят с восторгом. Он играл и надежно, и красиво.

Тренер Зезе Морейра тоже был очарован игрой чернокожего вратаря и стал приглашать его в "селесао", где Каэтано, так же, как и в клубе, был дублером Кастильо. Велудо вживался в эту роль и не особо горевал, что его напарник играет чаще и намного. Но девять матчей за сборную Велудо все же сыграл.

Отношения двух вратарей сложились вполне нормальные. Велудо понимал, почему играет не он, а Карлос, спокойно уживаясь с ролью запасного. И те редкие случаи, когда Кастильо не мог играть, Каэтано использовал как возможность доказать, что он второй вратарь страны. Конечно, были друзья, просто советчики, говорившие, что не дело губить свой талант в запасе, что в другом клубе Велудо был бы бесспорным первым номером. Каэтано сначала отмахивался от этих советов, как от комаров, но после чемпионата мира 1954 года, неудачного для бразильцев и лично для Кастильо, он решился на уход. Тем более, что зарплата первого и второго существенно отличалась.

Велудо уехал в уругвайский "Насьональ", где не заиграл. Одна ошибка, вторая, и потеря места в основном составе по объективным причинам. Вратарь тяжело переживал, а трезвенником Каэтано никогда не был. Еще со времен работы в порту.

Он вернулся во "Флуминенсе", и вскоре ему представился случай. Кастильо был болен, а тут знаменитое классико "Фла" - "Флу". Торсида восторженно встретила возвращение вратаря, а тот подвел. Пропустил шесть мячей. Потом опять неудачи. И Велудо узнал, каково расстояние между любовью и ненавистью.

Он перешел в "Сантос", затем поиграл несколько лет в "Атлетико Минейро". Вот она игровая практика, о которой Каэтано мечтал во "Флуминенсе". А все шло наперекосяк. В начале 60-х он сошел с футбольной сцены и исчез.

В 1973 году Карлос Кастильо, под чьим покровительством находился медицинский центр в Рио-де-Жанейро, узнал, что в его больницу доставлен истощенный старик. И старик этот, увидев портрет Кастильо в учреждении, попросил о встрече. Утверждал, что хорошо знает бывшего вратаря сборной Бразилии. Что-то дрогнуло в душе двукратного чемпиона мира, и он отправился к необычному пациенту. Седой, худой (в нем не было и пятидесяти килограмм), беззубый - в сорок три года Каэтана да Силва Насименто выглядел глубоким стариком. Кастильо не сразу узнал бывшего товарища, а когда узнал, то выделил деньги на лечения. Но было поздно. Через несколько дней Велудо умер.

Олег Лыткин специально для Торсиды

* Размещение этого эксклюзивного материала на сторонних ресурсах возможно только с личного разрешения автора и с обязательной активной ссылкой на сайт Торсида